Сидел я с немцем Рустом в лефортовской тюрьме.
Сухарики сушили, готовились к зиме.
Потом нас разлучило родное КГБ.
Я оказался в жопе, а он дома в ФРГ.
ПР.
Этот Руст был тихий малый,
Даже вроде не того.
А на пенсию отправил
Он все наше ПВО.
Он прям на Красной Площади спустился, этот лох.
А Минин и Пожарский сказали: "Хенде Хох!".
Мы больше с ним молчали - такой в тюрьме закон.
Он думал, я - наседка, а я считал, что он.
ПР.
А тут в программе "Время" тот маменькин сынок.
Заточку захерачил своей подружке в бок.
Теперь ему корячиться, своя же Колыма.
Аж как же всех же портит советская тюрьма
ПР
More Минин и Пожарский
|
Rating: 2.36, 33 votes
Rate this song!
|
designed by NeoLine 
